Надир просыпается каждое утро от звука маминых молитв. Она молится тихо, но он всё равно слышит каждое слово. В их маленьком доме в Ташкенте двухкомнатная квартира, поэтому тайны здесь не живут долго.
Маме пятьдесят два, она работает уборщицей в поликлинике и никогда не жалуется. Только иногда, когда думает, что сын спит, вздыхает так тяжело, будто весь воздух из комнаты выходит.
Надиру двадцать пять. Он закончил университет, работает курьером, чтобы помочь матери платить за квартиру. Вечерами подрабатывает репетитором по математике для школьников. Денег всё равно не хватает, но это не самое главное.
Самое главное - он носит в себе с детства. Вопрос, который никто не хочет слышать вслух. Кто мой отец?
Мама всегда отвечала одинаково. Умер до твоего рождения. Больше ничего. Ни имени, ни фотографии, ни могилы. Надир перестал спрашивать лет в четырнадцать, но вопрос не исчез. Он просто ушёл глубже.
Всё изменилось в один обычный вечер. Надир принёс маме продукты, а она вдруг достала из шкафа старую коробку из-под обуви. Внутри лежали письма. Много писем, перевязанных выцветшей лентой.
Это твоему отцу писали, прошептала мама. Я не давала тебе раньше. Думала, что так лучше.
Надир взял первое письмо. Почерк был мужской, уверенный. Писали издалека, из России, из мест, которых Надир никогда не видел. В письмах была любовь, тоска, обещания приехать. И подпись внизу - Эркин.
Он всю ночь читал. Утром спросил маму прямо. Почему ты сказала, что он умер?
Она долго молчала. Потом рассказала. Эркин был женат, когда они познакомились. У него была семья в другом городе. Когда она забеременела, он просил подождать, обещал всё бросить. Потом пропал. Перестал писать, перестал звонить. Она решила, что так будет лучше для всех.
Надир не кричал. Не ругался. Просто сказал, что хочет найти его. Хочет посмотреть в глаза человеку, который дал ему жизнь и исчез.
Начались поиски. Сначала по старым адресам из писем. Потом через знакомых, через интернет. Узбекистан маленький, люди помнят. Кто-то знал Эркина, кто-то видел его много лет назад. Следы вели в Самарканд.
Туда Надир и поехал. Один. Мама просила не делать этого, но он уже не мог остановиться.
В Самарканде он нашёл дом. Обычный дом во дворе с виноградом. Постучал. Дверь открыла женщина примерно маминого возраста. Увидела Надира и побледнела.
Ты сын, сказала она тихо. Я узнала сразу. По глазам.
Эркин был дома. Седой, постаревший, но живой. Смотрел на Надира и не мог выговорить ни слова.
Они говорили долго. Надир не кричал. Просто спрашивал. Почему бросил? Почему не искал? Почему позволил думать, что умер?
Эркин плакал. Говорил, что боялся. Что не знал, как посмотреть в глаза жене, детям. Что думал, так будет лучше. Что ошибся.
Надир не простил сразу. Прощение это долгий путь. Но он впервые за двадцать пять лет увидел отца. Услышал его голос. Почувствовал, что часть загадки стала на место.
Вернулся в Ташкент другим человеком. Мама ждала на вокзале. Обняла и ничего не спросила. Просто прижала к себе, как в детстве.
С тех пор многое изменилось. Надир стал чаще улыбаться. Мама перестала вздыхать по ночам. А где-то в Самарканде пожилой человек начал писать письма. Уже не любовные. Просто письма сыну.
Жизнь не стала идеальной. Денег по-прежнему мало, старый дом скрипит, работа утомляет. Но теперь Надир знает своё имя целиком. И это уже очень много.
Читать далее...
Всего отзывов
12